«Гёте не нравиться не может» :: Библиотека иностранной литературы

«Гёте не нравиться не может»

28 августа 2019
В 2019 году празднуется 270 лет со дня рождения Иоганна Вольфганга фон Гёте. Мы поговорили о великом поэте и писателе, об иллюзии недоступности «Фауста» и о других, менее известных произведениях Гёте с литературоведом, доктором филологических наук, профессором Государственного института русского языка им. А. С. Пушкина и Высшего театрального училища им. М. С. Щепкина, специалистом по немецкой литературе Галиной Якушевой.
#3


«Пушкин — это резервуар духовности. Для немца Гёте — то же самое»

#1
— Галина Викторовна, для тех, кто не очень хорошо знает Гёте, скажите, почему он считается центральной фигурой немецкой литературы, по крайней мере, в обывательском сознании? Почему именно он, а не Шиллер, не Гейне? 

— Начать с того, что, если Шиллер, Гейне, необычайно талантливые поэты и художники, воплотили в своем творчестве очень многое, то про Гёте можно сказать, что это фигура универсальная. Это фигура, которая воплотила в своем творчестве такое количество оттенков, нюансов, поисков, устремлений немецкого народа (да и не только немецкого), немецкого государства, немецкой литературы, что, если кому-то может нравиться Шиллер и не очень нравиться Гейне и наоборот, Гёте не нравиться не может. Точно так же, как у нас Пушкин. Конечно, есть те, кто говорит: «Мне Лермонтов нравится больше», все так, но тем не менее Пушкин — это резервуар духовности, из которого мы черпаем все. Так вот, могу сказать, что для немца Гёте — то же самое. Из него можно черпать все — и трагизм, и печаль, и надежду, и иронию, и сатиру, и ту открытость миру, которую мы так ценим у Пушкина и которую отмечал Достоевский в своем слове о Пушкине. Эта самая открытость миру была свойственна и Гёте. Гёте как автора мы знаем по «Страданиям юного Вертера», он создатель трагедии «Фауст». Фауст, на мой взгляд, герой интернациональный, но появился он сначала как герой немецкой средневековой легенды. Но у Гёте еще был замечательный «Западно-восточный диван». Это цикл стихов, написанный в подражание Хафизу. Причем Хафиз для Гёте — и нечто созвучное Западу в своей чувственности и любви к жизни, в своем наслаждении бытием, и в то же время что-то особенное. Вот это особенное связано с мотивом возрождения через смерть. Один из символов восточной мудрости — это бабочка, сгорающая на огне для того, чтобы возродиться к новой жизни. Среди стихов в «Западно-восточном диване» есть и такие строки в переводе Н. Н. Вильмонта 

Скрыть от всех! Поднимут травлю!
Только мудрым тайну вверьте:
Все живое я прославлю,
Что стремится в пламень смерти. 

Там говорится о бабочке, которая летит на огонь. Она знает, что сгорит, но пока ты не отдашь себя, ты не оставишь следа после себя. Ты должен отдать себя и в любви, и в творчестве. 

И доколь ты не поймешь:
Смерть — для жизни новой,
Хмурым гостем ты живешь
На земле суровой.
#4

«Гёте спорил с Ньютоном»

#24
Галина Якушева
— Еще многое можно вспомнить о Гёте-поэте и прозаике. Также Гёте был замечательным естествоиспытателем. Он был почетным членом Петербургской академии наук как создатель и собиратель самой представительной коллекции минералов в Европе. Он занимался и астрономией, и зоологией, и антропологией, и ботаникой, работал над теорией цвета, спорил с Ньютоном, которого открыто называл шарлатаном. Кстати, два великих современника Ньютона называли его шарлатаном. Одного из них вы, конечно, знаете — это Свифт в третьей части «Путешествий Гулливера». А в континентальной Европе, потому что Свифт — это все-таки островная Европа, был Гёте. 
#25
Он спорил с Ньютоном главным образом о том, что касалось ньютоновской теории цвета. Мысль Гёте была такая: цвет зависит не только и не столько от объективного свойства того или иного цвета, сколько от субъективного восприятия того, кто воспринимает этот цвет. То есть смотрит ли человек утром, вечером, в каком состоянии, в какое время года, может, у него вообще немного астигматизм. Я бы не сказала, что это в своей доказательной части представляется безусловной глупостью. Гёте был человеком необычайного диапазона интересов. Он мог писать и сложно, и умно, но как настоящий талант он мог писать и менее сложно для понимания, ясными, чистыми, точными словами. Очень многие его стихи положены на музыку, стали народными песнями…
#6

«Главная проблема: человек, он какой, богоподобный или нет?»

#7
— А с чего бы вы посоветовали начать знакомство с творчеством Гёте? В первую очередь с литературным, конечно. Человеку, не очень подготовленному к «Фаусту», условно говоря. 

— По поводу «Фауста» я бы хотела сказать вот что. Какая, по-вашему, основная проблема «Фауста» Гёте? Дело в том, что в трагедии Гёте есть два пролога — пролог в театре и пролог на небесах. В театре — довольно остроумный спор поэта, которому важно донести что-то, и директора театра, которому главное, чтобы все билеты были распроданы. Это все расслабляющее фарсовое начало. А пролог на небесах заключается в следующем. Мефистофель является на небеса, и никто его не прогоняет, потому что он по-гегелевски есть часть мирового порядка. Более того, потом, во время первого разговора с Фаустом Мефистофель заявляет, что он — дьявол, он — тьма, когда-то тьма всем была и свет произвела.

Свет этот — порожденье тьмы ночной
И отнял место у нее самой.

— А на встрече с Богом Мефистофель излагает ему свою теорию: Бог создал человека, и человека он одарил искрой божьей, человек «…эту искру разумом зовет / И с этой искрой скот скотом живет». Поэтому на самом деле, хотя свет отнял место у тьмы, создал человека, одарил его искрой божьей, но человек — это часть царства тьмы. Мефистофель пришел объяснить это Богу и забрать человека в свои сферы, поскольку он живет скот скотом и разум не делает его частью света. Господь отвечает так: что ж, ты в чем-то прав. Блуждает человек, когда в нем есть стремление, но то, что у человека есть стремление, и то, что он, желая это стремление осуществить, делает ошибки, я в этом не вижу ничего страшного. Я уверен в конечной доброкачественности человеческого существа. Когда садовник садит деревцо, плод наперед известен садоводу. И заключает пари, первое пари. То есть Господь абсолютно убежден, что, хотя человек может делать ошибки, по натуре и по изначальному своему качеству он богоподобен, он действительно создание света, а не тьмы. И вот договорились. И Бог говорит: вот тебе Фауст, лучший из людей. Мефистофель это, кстати, подтверждает: 

Он рвется в бой, и любит брать преграды,
И видит цель, манящую вдали,
И требует у неба звезд в награду
И лучших наслаждений у земли… 

— И Господь говорит Мефистофелю: Фауст как стремящийся, может быть, очень много ошибок совершал и совершит, но я отдаю его тебе в полное распоряжение. Я не вмешиваюсь. Я уверен, что человек сам по собственной охоте вырвется из тупика. Фактически он посылает Мефистофеля в командировку, напутствует его словами: 
 
Из лени человек впадает в спячку.
Ступай, расшевели его застой,
Вертись пред ним, томи, и беспокой,
И раздражай его своей горячкой.

То есть Господь принимает дьявола как действительно носителя зла, но как полезное зло, которое подталкивает. И там потом будет: 
 
Часть силы той, что без числа
Творит добро, всему желая зла.

Тут, кстати, проблема зла действительно интересная. Но главная проблема: человек, он какой, богоподобный или нет? И чем все кончается?
#8

«Фауст и богословием овладел и юриспруденцию постиг, но все равно остался дураком»

#9
— Если бы все кончилось первой частью, то совершенно было бы непонятно, но затем идет вторая часть, и все желания Фауста Мефистофель выполняет. Кстати говоря, когда мы впервые встречаемся с Фаустом, он говорит, что жизнь его бессмысленна, он всю жизнь просидел над бумагами. Пергаменты не утоляют жажды, ключ мудрости не на страницах книг. В общем, скучно он прожил жизнь: он и богословием овладел и юриспруденцию постиг, но все равно остался дураком. Надо было жить реальной жизнью. И тут вдруг является дьявол и говорит: если я тебе сделаю жизнь приятной, и ты воскликнешь в какой-то момент: «Остановись мгновенье, ты прекрасно!», если когда-нибудь ты это воскликнешь, значит, я выполнил то, за что взялся. Ты тогда отдаешь мне свою душу. Хорошо, говорит Фауст, я согласен. Однако все равно нет у него такого чувства, что жизнь его обрела смысл и что хорошо бы, чтобы миг продлился. В самом конце, когда он помог императору победить, ему дарят кусок земли. Он решает там построить город счастья для других. Причем это не так-то просто, для этого нужно осушить эти земли, потому что они затоплены морем. Надо построить плотину. Тут есть момент, который сопоставим с Распутиным и его «Прощанием с Матерой», потому что для того, чтобы построить плотину и все осушить, надо снести одну лачугу, в которой живут Филемон и Бавкида. Это легендарная мифологическая пара стариков, которые всю жизнь провели вдвоем. И Фауст просит Мефистофеля сказать им, что им выстроят целый дом, пусть только оставят свою лачугу. Те не хотят оставить свою лачугу, а Мефистофель особенно не церемонится и приказывает своим рабочим поджечь лачугу, мол, Филемон и Бавкида сами выйдут, а те не выходят и сгорают заживо. Когда потом об этом узнает Фауст, он пребывает в ужасе. Это символ патриархального невинного мира. Ладно, это прошло. Однажды слышит Фауст стук лопат. Это лемуры роют ему могилу, но он уже ослеп к этому времени от старости, ему уже чуть ли не сто лет, а ему кажется, что это идет строительство его города. Ему кажется, что сейчас он переживает высший миг жизни, и он тут же падает замертво. К нему бросается Мефистофель — ага, все исполнено! Но Господь посылает ангелов, и те охраняют тело Фауста. В то время как Мефистофель отвлекается на ангелов, тело Фауста забирают на небо. А там Гретхен. Она просит Богородицу заступиться за Фауста. Ей говорят, чья жизнь в стремлениях прошла, того спасти мы можем. Все заканчивается хором ангелов. Так что понятно, для чего нужна вторая часть. Она показывает человека, одаренного многочисленными стремлениями, способностями, жизненной энергией. Когда он становится счастливым — когда у него деньги, власть, самая красивая женщина всех времен и народов Елена Прекрасная? Или нежно любящая Гретхен? Нет, тогда, когда ему кажется, что он дарит счастье другим. Да, ему кажется. Дело в том, что не так близко это счастье для всех, но уже то, что Фауст считает целью и оправданием своей жизни пусть кажущийся, но, тем не менее, дар, доказывает, что человек действительно богоподобен. Поэтому после Гёте Фауст начал считаться положительным героем.
#10

«Со стихами у современного поколения идиосинкразии просто стихийное бедствие»

#11
— Что бы вы посоветовали прочитать у Гёте в первую очередь? 
 
— Конечно, стихи проще воспринимаются, но со стихами, по-моему, у современного поколения идиосинкразии просто стихийное бедствие, и где-то я их понимаю. Слишком много стихов. «Страдания юного Вертера», например, можно прочитать. Это тривиально, но, с другой стороны, это сентиментально, чувствительно, это легко читается, по-разному действует на разную публику, прочесть это можно и нужно. «Страдания юного Вертера» могут показаться сентиментальными, но они не утратили своего художественного обаяния. Потом, у Гёте есть роман «Избирательное сродство» — это разговор о том, что есть химическое притяжение между людьми. Две пары вместе отдыхают, и выясняется, что надо всем поменяться партнерами. Но сказать, что это безумно увлекательное чтение, я не могу. Есть еще «Годы учения Вильгельма Мейстера». Для чтения это все-таки тяжеловатая вещь. «Страдания юного Вертера» — без проблем. «Фауст» есть в хрестоматийном изложении, сокращенный. С такого можно начинать знакомство. «Западно-восточный диван», опять же. У Гёте есть еще и пьесы. Самое интересное, что начал он с пьесы. 

— «Вертер» же, когда вышел, спровоцировал волну самоубийств? 

— Да, да. И в связи с этим Гёте получил наставление от своего старшего товарища Лессинга. Вы знаете, кто с этой книгой явился познакомиться с Гёте? Наполеон! С каким восторгом во Франции восприняли эту книгу — как антиаристократическую, провоцирующую на революцию! Надо сказать, когда сейчас мы это читаем, думаем, ну да, несчастная любовь, первое соприкосновение с жизнью. На самом деле, это история любви человека, невостребованного ни в личной, ни в общественной жизни. Лессинг же написал открытое письмо Гёте, мол, что же вы делаете, в то время как перед немецкой молодежью стоит важнейшая задача объединения Германии, вы отвлекаете немецкую молодежь вот такими историями. Поэтому ко второму изданию Гёте сам написал предисловие о том, что он очень просит всех читателей воспринимать историю Вертера как предупреждение, а не как призыв, не поступайте так, это неправильно.
#12

«С Россией связи у Гёте были достаточно косвенные, но в то же время выразительные»

#13
— Был ли Гёте как-то связан с Россией? 

— Вы знаете, с Россией связи у него были достаточно косвенные, но в то же время выразительные. А именно: его навещали. Есть книга Виктора Жирмунского, в которой называется чуть ли не несколько десятков русских людей, которые его навещали. То есть если уж Толстого в Ясной Поляне навещали, то Гёте в Веймаре навещали с удесятеренной силой. Там отмечались все. Молодой Стендаль, например… Из тех, кого я запомнила — был министр просвещения Уваров, были Николай Карамзин и Василий Жуковский. Были еще и средней известности люди, но вот так сходу не скажу кто. И существует версия, которую поддерживает один из немецких исследователей, что Жуковский рассказал Гёте о Пушкине и тот передал Пушкину свое перо. Судьба его сейчас не известна. Эта книга у нас была переиздана где-то в 80-е годы. Там все это есть без примечания, что это ложное сведение. Кроме того, в записках Иоганна Петера Эккермана, связанных с Гёте, есть такой кусочек о том, что Гёте очень озабочен наводнениями в Петербурге. Больше мне ничего не вспоминается, какой-то образ или герой русский. Сам он точно не бывал в России.
#14

«Гибель государства — пустые слова, разорение крестьянского двора — вот трагедия»

#15
— При этом удивительно, что Гёте был источником вдохновения для многих русских писателей. 
 
— Проблемы Гёте были острее и живее для русских, потому что тут и проблема революции, и проблема национальной самоидентификации, и вообще проблема войн. Когда Наполеон напал на Германию, вы не можете себе представить, какой был взрыв немецкого патриотизма! Что касается Гёте, он был очень сдержан, никаких речей, как Фихте (см. его «Речи к немецкой нации»), он не произносил. У Гёте ничего этого не было. И потом, Гёте принадлежит интереснейшая фраза: «Гибель государства — пустые слова, разорение крестьянского двора — вот трагедия». У него есть еще одна мысль, с ней согласятся практически все: «Ничего нет ужаснее бунта толпы, но виновны в нем правительства, которые не дают вовремя реформ, дожидаясь, пока народ не будет вырывать их силой». Оставлю это без комментариев.
#16

«Очень многие входили в масонское общество. Это считалось примерно как быть диссидентом, признаком вольнодумства»

#17
— Еще есть такой общеизвестный факт, что Гёте был масоном. Как вы это прокомментируете? 
 
— Масон — это каменщик, франк-масоны — вольные каменщики. Это точно так же, как карбонарии — углекопы. Это такие модификации средневековых цеховых обществ, у которых основная общая установка — это жизнь без корыстолюбия, без угнетения человека человеком, ориентация на средневековую общину. Я сейчас говорю не о мальтийском масонском ордене, а о франк-масонах. Это общество вольнодумцев, которые мечтали о переустройстве общества. Вообще у нас очень многие входили в масонское общество. Это считалось примерно как быть диссидентом, признаком вольнодумства. Это далеко не всегда влекло за собой участие в каких-то революционных сообществах, но носило на себе печать оппозиции, оппозиционного мышления, недовольства тем, что происходит. Конкретно, ходил ли Гёте на специальные заседания, я не знаю, но его два тома «Годы учения Вильгельма Мейстера» проникнуты масонским духом. Там есть полумистические элементы. То есть в творчестве Гёте элементы масонства проявляются как черты не непосредственно подпольного общества, которое ножи точит, а некоего сообщества людей, которые недовольны устройством окружающей действительности и мечтают о возвращении золотого века средневековой патриархальщины, когда все собирались за одним столом — и мастера, и подмастерья — и все потом ели одну и ту же кашу.

— А из современных немецких авторов кто-то произвел на вас впечатление? 

— Произвел впечатление с неожиданной стороны Ганс Магнус Энценсбергер. Он левак, сейчас ему уже лет девяносто. Недавно я делала доклад о марше футуристов в поэзии Ганса Магнуса Энценсбергера. У него поэзия очень резкая, звучная, политическая, без претензии на сентиментальное благозвучие. Мне он очень нравится своим накалом, пафосом и своей леворадикальной устремленностью. 

Интервью подготовила Александра Радунцева, редактор — Людмила Разгулина.
#23

В оформлении обложки использован фрагмент портрета Иоганна Вольфганга фон Гёте работы Йозефа Карла Штилера (1828).

Цитаты из «Фауста» Гёте по изд.: 

Гёте И. В. Фауст. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1960. Пер. Б. Л. Пастернак. 

#20

Что почитать:

280
Библиотека
Поделиться
Будь в курсе всех мероприятий!
Подписаться на рассылку
Присоединяйтесь
Дружите с Иностранкой